«Можно и пылесосом, но это не эстетично»: как бывший пожарный из Лабытнанги стал кузнецом

Фото: Ольга Болдырева / «Ямал-Медиа»

Пожарный со стажем Сергей Хрыков из Лабытнанги не думал, что когда-то его увлечением станет изготовление металлических подсвечников, топоров, кинжалов, мечей и… женских украшений. А теперь его работы известны половине города. Историю пути от первого перочинного ножика до настоящей кольчуги мастер рассказал «Ямал-Медиа. Приуралье».

«Те свистульки я запомнил на всю жизнь»: любовь к работе по дереву и металлу у Сергея с раннего детства

Детство Сергея прошло под Тулой, тягу к ремеслам привил дедушка по материнской линии, Тимофей Людвигович. Он был краснодеревщиком, его мебель славилась на всю округу и «жива» до сих пор. Привез дед из Германии трофейную опасную бритву. По выходным у него был особый ритуал бритья: крепил ремень, расставлял помазки, мыло. Однажды внук стащил дедову гордость, но не для игры. Было жизненно необходимо выстругать свистки для друзей. Результат шалости: потрясающие свистульки, глубокий порез пальца и знатная порка. После принятых воспитательных мер дед подарил десятилетнему внуку первый перочинный нож.

Любовь к оружию обусловлена и географией детских лет. Мальчишкой Сергей с друзьями выкапывал на полях сражений Великой Отечественной войны много разного: пистолеты, ружья, ножи. Раз в неделю местный участковый все изымал, но поиграть ребята успевали.

«Если вам сказали, что на пенсии хорошо –– не верьте! На пенсии очень хорошо»: наличие свободного времени позволило таланту свободно развиваться   

Предсказуемо, по первой профессии Сергей Хрыков стал столяром-строителем. Когда в девяностые строительную отрасль накрыл кризис, устроился в пожарную охрану и никогда не жалел об этом, прослужил 20 лет. Он всегда помнил о своих увлечениях, но, как говорится, руки не доходили. На пенсии времени для творчества стало больше. Тогда и начал активно создавать реплики исторического оружия и одежды. В коллекции –– кольчуга, наручи, шлем, топоры, мечи и кинжалы.

Горн для плавления металла Сергей создал сам, схему присмотрел в Интернете. Говорит, что можно было остановиться и на более бюджетном варианте: пылесос и каменный уголь. Но тогда пропадает эстетика всего дела. Его небольшая печь раскаляет металл до 1 тыс. 300 градусов по Цельсию, этого вполне хватает: плавит бронзу, медь, латунь. Свое развитие в кузнечном деле мастер называет чудом, даром свыше, ведь все освоил сам.

«Я художник –– я так вижу»: мастер считает, что в творчестве главное –– избегать стандартов

В коллекции мастера Сергея Хрыкова есть и менее брутальные вещи, если не сказать –– изящные. Множество женских украшений: серьги, браслеты, подвески, кулоны, а также утонченные подсвечники. Они своим появлением также обязаны освободившемуся времени. К этому искусству Сергей пришел, оказавшись в изоляции во время пандемии. Не мог сидеть без дела, и дело само нашло мастера.

Идеи для новых изделий приходят сами, еще один дар свыше. Иногда мастер просыпается уже с готовой задумкой. Сам рисует эскиз на бумаге, затем воплощает в жизнь. Работает в технике плетения проволокой (Wire Wrap), камни заказывает. Бывает, что на изготовление одного украшения уходит день-два, над какими-то трудится неделю. Главное –– никаких правил! Руками руководит душа.  

И наконец –– кольчуга

Неудивительно, что кольчуга из всей коллекции Сергея привлекает наибольшее внимание. Да, невероятные топоры с травлением по металлу на «голове», реалистичные мечи, единственные в своем роде украшения –– это все восхищает. Но кольчуга! Не каждый мастер за такое возьмется –– долго и хлопотно.

На первую кольчугу Сергей Хрыков потратил месяц, это очень кропотливая работа. По идее ее должны выполнять несколько человек: один разматывает проволоку, другой крутит пружинки, третий рубит колечки, четвертый клепает. Но Сергей свою двенадцатикилограммовую гордость собрал сам. Ее не только трудно делать, носить тоже непросто. От тяжести у неподготовленного «витязя» подкашиваются ноги.     

Невозможно сосчитать, сколько украшений создал мастер из Лабытнанги, ведь большинство из них раздарено. Так же, как и версии оружия. Кольчуга тоже одна осталась, было три. Сергей вообще никогда и ничего не продает, только дарит. Причем, по признанию мастера, обязательно хорошим людям. Во всем, что он создал –– часть души, абы кому не отдашь.